Когда в распоряжении Джеймса такие прелести, разве он посмотрит на какую-то секретаршу? Их с Джошем затея — безумие, хотя их появление и произвело фурор. И воспоминание о нем бальзамом проливалось на раненую гордость Люси.

Она призывала саму себя удовольствоваться этой маленькой победой, потому что вряд ли этим вечером случится чудо. Лучше расслабиться и получать удовольствие от вечера, чем мучить себя несбыточными надеждами на то, чему никогда не бывать.

Зал был огромным — вокруг танцевальной площадки было расставлено множество столов. Четыре сотни гостей уже заняли свои места и сидели вокруг накрытых белыми крахмальными скатертями столов, на которых поблескивали дорогие столовые приборы и бокалы. В центре каждого стола в подсвечнике в форме камелии горели свечи. С потолка свисало множество серебряных звезд, символизируя цель этого благотворительного бала — помочь детям, больным раком.

Устроителем этого мероприятия был Джеймс Хэнкок. Популярный ансамбль исполнял джазовые композиции, помогая гостям настроиться на праздничный лад. Позади музыкантов, на возвышении, стоял сверкающий «альфа-спайдер» — красный спортивный автомобиль с откидным верхом. Это был приз, который предполагалось разыграть в лотерею в течение вечера, символ того, что мечты могут сбываться.

Именно сбывающиеся надежды были лейтмотивом сегодняшнего благотворительного бала, но Люси не тешила себя иллюзией, что ее мечты, касающиеся Джеймса Хэнкока, смогут когда-нибудь сбыться. Вряд ли она станет для него желанной, скорее, он недоумевает, как такой мужчина, как Джош, может считать ее привлекательной. Впрочем, какая разница, что он думает?

Сексуальное влечение — это химическая реакция, а у Люси не было необходимых элементов, чтобы привлечь внимание Джеймса. Восемь месяцев ежедневных платонических отношений убили в ней всякую надежду.